Прогноз акций ЧМК на август 2026

Челябинский металлургический комбинат стоит на бирже около 9,8 млрд рублей, а долгов у него на 260 млрд. Это не парадокс недооценённой бумаги, а описание положения дел: за полугодие комбинат получил убыток, равный четверти собственной выручки. Вопрос к ЧМК сегодня не в том, дорога бумага или дешева, а в том, останется ли у неё экономический смысл для акционера.

📉 Результаты полугодия

Отчётность по РСБУ за первое полугодие 2026 года вышла 31 июля. Выручка за указанный период составила 49,2 млрд рублей, на 37,3% меньше прошлогодней. Чистый убыток — 12,1 млрд против 3,2 млрд за то же полугодие 2025-го, рост почти в четыре раза.

Масштаб падения показателей виден на длинной дистанции. Выручка 2024 года — 172,9 млрд, 2025-го — 143,7 млрд. Если второе полугодие повторит первое, за 2026 год выйдет около 98 млрд. Бизнес сжался более чем на 40% за два года.

Механика убытка видна по итогам 2025 года. Себестоимость снижалась медленнее выручки, и валовая прибыль сжалась в 1,8 раза до 12,2 млрд. Управленческие расходы при этом выросли на 14,9%, и операционная деятельность ушла в минус: убыток от продаж составил 4,1 млрд. Остальное до итоговых 19,4 млрд добрали проценты.

🏭 Куда делся спрос

Экспорта у ЧМК фактически не осталось. В 2025 году зарубежные продажи упали в 6,6 раза, до 1,1 млрд рублей, то есть меньше процента выручки. Комбинат стал заложником российского строительного цикла.

А цикл в худшей форме за десятилетие. Производство стали в России в 2025 году составило 67,4 млн тонн, на 4,6% меньше предыдущего 2024 года. «Северсталь» (CHMF) прогнозирует общее падение внутреннего спроса на 7–9% в 2026 году, но за первые четыре месяца он уже просел на 13,2%. Лишь в июне появился первый плюс за долгое время: выпуск на 0,3% выше июня 2025-го.

Козырь у комбината есть: рельсы и специальные стали, включая собственную линейку марок ЧС. Строительство высокоскоростной магистрали Москва — Петербург предполагает заказ проката более чем на 1 млн тонн. Заказ реальный, но растянутый на годы, и в отчётах его пока не видно.

🔗 Долг больше компании

Общий долг на 31 марта 2026 года — 260,2 млрд рублей. На конец 2023-го было 189,2 млрд, то есть за два года прибавка 37% при падающей выручке. При 3,16 млн акций и котировке около 3 085 рублей вся компания стоит примерно 9,8 млрд. Долг больше капитализации в двадцать шесть раз. Рынок оценивает не бизнес, а тонкий остаток стоимости после кредиторов.

Ключевая ставка снижена до 14% годовых с 27 июля, и это облегчение по сравнению с прошлым годом. Но даже если средняя ставка по портфелю ЧМК заметно ниже ключевой (часть долга — внутригрупповые займы «Мечела» (MTLR)), обслуживание 260 млрд стоит десятки миллиардов в год. Это больше всей валовой прибыли комбината за 2025 год.

Материнская группа удержалась за счёт договорённости с банками в декабре 2025 года: платежи на 132 млрд рублей перенесены на 2027–2030 годы. Но отсрочка не есть погашение. Чистый долг к EBITDA у «Мечела», то есть отношение долга за вычетом денег на счетах к годовой операционной прибыли до амортизации, к середине 2025 года дошёл до 8,8 против 4,6 годом ранее. Комфортным в металлургии считается уровень до 2.

💰 Что достаётся миноритарию

Дивидендов нет три года подряд, и каждый раз это оформлено отдельным решением: не выплачивать за 2023 год, за 2024-й и за 2025-й. При убытке в 19,4 млрд иного и быть не могло.

Отдельного внимания стоит корпоративная механика. В конце июля 2026 года совет директоров дважды одобрил сделки с заинтересованностью, условия которых не раскрываются. Формально всё в рамках закона. По существу, миноритарий не видит, на каких условиях денежные потоки ходят между комбинатом и остальной группой, а именно они определяют, где оседает прибыль и где копится долг. Бумага при этом крайне узкая, всего 3,16 млн акций: отсюда и амплитуда в годовом диапазоне от 2 655 до 5 405 рублей.

⚠️ Риски

Основных угроз четыре, и они суммируются, а не исключают друг друга.

1. Долг растёт быстрее, чем восстанавливается спрос. Если ставки пойдут вниз медленнее прогноза, 2027 год станет не передышкой, а новой точкой отказа.

2. Решения принимаются на уровне группы: при нагрузке 8,8 EBITDA судьбу комбината определяют переговоры с банками, а не собрание акционеров.

3. Дефицит бюджета: продукция завязана на инфраструктурные заказы, а бюджетные приоритеты меняются быстрее, чем окупаются вложения.

4. Низкая прозрачность: раскрытие ограничено обязательными формами, профильные аналитики бумагу не покрывают.

Ни один из этих рисков не внезапен. Опасность в том, что все четыре реализуются на одном плохом квартале.

🧭 Что решает судьбу бумаги

Ближайшие два-три квартала покажут, идёт ли речь о циклическом провале или о медленной передаче стоимости от акционеров к кредиторам. Следить стоит за выручкой третьего квартала, за динамикой общего долга и за появлением инфраструктурных контрактов в отчётности.

• Базовый сценарий — стагнация: спрос нащупывает дно, выручка держится около 25 млрд в квартал, убыток сокращается, но остаётся.

• Позитивный требует совпадения: ставка уходит заметно ниже 14%, спрос на прокат возвращается к росту, комбинат получает подтверждённый объём по магистрали.

• Негативный не требует ничего нового — достаточно прежних темпов падения спроса и тупика в переговорах «Мечела» с банками в 2027 году. Тогда разговор пойдёт уже не о котировках, а о судьбе акционерного капитала.